Вечерний разговор: как изменится Россия после спецоперации на Украине

Что уже поменялось в жизни новосибирцев после начала спецоперации? И каких изменений стоит ждать в ближайшем будущем?

Что уже поменялось в жизни новосибирцев после начала спецоперации? И каких изменений стоит ждать в ближайшем будущем? Какие выводы можно сделать по нынешним геополитическим раскладам? Об этом и многом другом в эфире радио «Городская волна» (101.4 FM) 10 марта рассказали доцент кафедры финансового рынка и финансовых институтов университета экономики и управления Эдуард Коложвари и заместитель председателя законодательного собрания Новосибирской области Владимир Карпов.

Артём Роговский

Артём Роговский: «Вечерний разговор» с  Артёмом Роговским в  прямом эфире радио «Городская волна» на  частоте 101.4  FM.

Сегодня [10  марта] обсуждаем непростую тему. И  я  буду просить всех тех, кто принимает участие в  программе, воздерживаться от  громких эпитетов. Итак, политические и  экономические последствия ситуации на  Украине для России: что уже поменялось в  нашей жизни и чему ещё только предстоит измениться.

Сегодня будем говорить на  эту тему подробно и  с  вами, дорогие радиослушатели, и  с  моими сегодняшними экспертами. Я  рад представить доцента кафедры финансового рынка и  финансовых институтов университета экономики и  управления Эдуарда Коложвари. Эдуард Сергеевич, добрый вечер!

Эдуард Коложвари: Добрый вечер, друзья!

Артём Роговский: И  заместителя председателя законодательного собрания Новосибирской области, лидера фракции КПРФ Владимира Яковлевича Карпова. Владимир Яковлевич, рад видеть!

Владимир Карпов : Добрый вечер!

Артём Роговский: Владимир Яковлевич, первый вопрос вам. Когда началась военная спецоперация на  Украине, законодательное собрание Новосибирской области встретило эту информацию аплодисментами. С  чем была связана такая реакция?

Владимир Карпов: Так уж  произошло, что начало специальной военной операции в Донбассе совпало с  сессией законодательного собрания. Буквально как началась сессия  — поступила эта информация.

Здесь заксобрание не  могло не  обозначить свою позицию по  чрезвычайно важному и  историческому для наших судеб вопросу. На  сессии я  обозначил уже выработанную позицию коммунистической партии  РФ, руководства партии и  Государственной думы. И  мы, фракция КПРФ заксобрания, до  сессии обсуждали этот вопрос, ещё не  зная, что будет спецоперация. Но  было предчувствие, что в  любой момент может произойти нечто.

Владимир Карпов. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Артём Роговский: Что события будут стремительно развиваться?

Владимир Карпов: Абсолютно точно, поэтому я  обозначил позицию нашей партии в  заксобрании о  том, что другого выбора у  руководства  РФ не  было. У  патриотических партий, которые защищают интересы Отечества, не  было другой позиции и  не  могло быть другой позиции. Все варианты обсуждали и  просчитывали тысячи раз, и  это заводило в  тяжелейший тупик. Прежде всего политический.

Поэтому мы  поддержали это решение. Обсудить с  другими фракциями времени не  было, но, может, это и  хорошо, поскольку все основные региональные отделения, представленные в  заксобрании, также поддержали это решение.

Вы  задали хороший вопрос про аплодисменты. Как раз аплодисменты и  были к  тому, что, не  сговариваясь, без всякой подготовки, заксобрание выработало консолидированное решение. Аплодисменты были этому и  тому, что в  самый сложный и  критический момент заксобрание Новосибирской области сохраняет внутреннюю стабильность, сбалансированность.

Артём Роговский: Я  открыл сейчас инстаграм лидера КПРФ Геннадия Зюганова, и  я  так понимаю, что это официальная позиция КПРФ. Партия изначально оценивала военный конфликт на  Украине как борьбу против неонацистов, захвативших власть в  ходе госпереворота в  феврале 2014  года.

Владимир Карпов: Абсолютно правильно. Это тяжелейшие страшные и  трагические события не  только для ДНР и  ЛНР, а  для всего украинского народа. Всё это время наша партия постоянно отстаивала позицию о  том, что необходимо выработать экстренные и  эффективные меры против расширяющегося фактически нацизма.

Сегодня это понятно многим: тем, кто патронирует эти действия украинского режима и  тем, кто борется против него. Мы  боремся против него всеми доступными средствами.

Если говорить о  нашей партии и  организации областной КПРФ, то  мы  регулярно, начиная с  2014-го года, проводим сбор средств не  только под этот критический момент. Есть специальный отлаженный механизм, с  помощью которого мы  направляли и  будем направлять в  Донбасс всё, что необходимо для жизни, чтобы поддержать и  облегчить жизнь людей там.

Артём Роговский: Что там вкратце, а  может и  не  вкратце, происходило на  протяжении восьми лет, с  вашей точки зрения? Вы  — человек, умудрённый опытом. У  нас поступает много разной информации. Интересно ваше мнение, как политика.

Владимир Карпов: Как только берём какое-то сиюминутное событие, всегда открывается глубокая связь с  историей. Прямо скажем, то, что происходило во  время Великой Отечественной войны и  после неё на  Украине, а  особенно в  западной части  — оно фактически в  скрытом латентном состоянии всё это время было.

Этот совершенно жёсткий радикальный национализм постепенно вызревал и  получал поощрение от  руководства, не  только Зеленского, а  фактически всех, начиная с  Кучмы. Властный режим где-то явно, а  где-то скрыто поощрял националистические движения, их  развитие и  так далее. Эта зараза очень прилипчивая.

Народ, впадая в  национализм, начинает считать, что только ему эта страна принадлежит. Неслучайно наша партия подчёркивала, что  да, конечно, у  русских людей, кроме России, Отечества нет. Это надо запомнить, как один из  первых базовых принципов, и  от  этих рассуждений идти. Мы  также прекрасно понимаем, что у  всех 190 народов и  народностей России другого Отечества тоже нет.

Сплочённость народов была для советской системы самым важным базовым принципом, подходом и  воспитанием. Сегодня, как и  всегда, беда сплачивает. Мы  видим, как народы России объединяются в  защите Отечества всеми средствами в  экономике, политике, военном деле.

Наши ребята, которые сегодня выполняют приказ,  — это  же многонациональный контингент. Все  мы, кто в  своё время проходили срочную службу, видим, как возрождается  то, что было характерно для Советской армии.

Артём Роговский. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Артём Роговский: Что именно?

Владимир Карпов: Прежде всего, дружба всех, независимо от  национальности. О  религии тогда мало кто говорил. Да  и  это особо не  просматривалось. А  вот что касается дружбы народов  — то  это совершенно очевидно.

Бывали конфликты  и, как правило, порождённые историческими событиями. Сужу по  своему опыту. Русские ребята, которые служили вместе со  мной, становились между своими  же конфликтующими товарищами, которые впали в  конфликт, и  всегда его удавалось заглушить, не  допустить крайнего развития. Сегодня это возрождается.

Мы  видим, что очень многое из  того, что пытались дискредитировать из  советской системы военно-патриотического воспитания и  вообще воспитания  — оно принудительной силой объективной необходимости возвращается и  используется. Придумать что-то более совершенное не  получается. Эксперименты с  реформами вызывают негативные ассоциации, ругательства.

Артём Роговский: Итак, что сегодня происходит в  нашей экономике? Слово Эдуарду Сергеевичу Коложвари. О  чём вы  подумали с  точки зрения экономиста, когда всё началось?

Эдуард Коложвари: Добрый вечер, друзья. События, конечно, нетривиальные. Так и  подумал, что главное  — сохранить стабильность в  стране, сохранить снабжение городов, важную инфраструктуру, потому что мы  действительно были напуганы, не  знали, кто и  на  кого нападает, чью атаку предвосхищает.

Где-то к  обеду 24  февраля мы  поняли, что экономика получила шок. Все индикаторы, экономический фондовый рынок, валютный рынок и  те  показатели экономического баланса, которые в  мирное и  обычное время способствуют обмену, торговле, проникновению товаров, денег. Они все у  нас остановились. Началась паника.

Иностранцы стали уходить окончательно. Они и  до  этого боялись, даже начали вывозить людей с  территории Украины. Началось бегство. Капитал в  эти дни побежал окончательно, его уже так и  через несколько дней фондовые рынки остановили.

И  надо сказать, западные партнёры подловили человечество на  интересном моменте. Они хотели отключить SWIFT. Это система переводов. Они хотели сделать так, чтобы мы  не  смогли платить и  не  снаружи страны, и  не  внутри неё. Чтобы у  нас нарушилось снабжение.

Очень быстро были заморожены счета Центрального банка и  счета банков, которые обслуживают ВПК: ВТБ, Промсвязьбанк, банк «Россия»  — всего семь структур, которые более одиозные, по  мнению Запада. Это те  структуры, которые снабжают наши армии.

Заморозили деньги этих силовых структур, банка «России»«, ну  а  там  — не  много, не  мало  — секретные данные. Наверное, до  половины наших золотовалютных резервов  — 200 или 300 млрд долларов.

Артём Роговский: То  есть, половина всей нашей кубышки.

Эдуард Коложвари. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Эдуард Коложвари: Половина кубышки, которую мы  откладывали. Тут, на  мой взгляд, Владимир Владимирович начал уже говорить о  том, что у  нас есть и  другие силы, что мы  будем по-другому отвечать. Началась другая разгонка, но  деньги пока заморожены. Все думают, как нам вернуться в  исходное состояние с  этими резервами Банка России. Соответственно, там есть наши, народные деньги.

Началась разгонка санкционной риторики. Нам стали отключать банки, кодирование фондовых рынков всех крупных предприятий. Мы  стали замораживать деньги инвесторов. На  этом тревожном фоне доллар, как самый яркий индикатор, стал идти вверх, и  у  нас сложилось несколько курсов.

В  некоторых обменниках у  нас он  стоил и  по  150, и  по  200  рублей. Сформировался даже неофициальный чёрный рынок. Курсообразование  — одна из  самых больших проблем. Были приняты меры по  локализации валюты в  стране. Валюта нужна стране, чтобы выполнить международные обязательства.

У  нас, если я  не  ошибаюсь, выплата процентов по  траншам, облигациям, и  мы  их  выплатить не  можем. То  есть у  нас очень много денег, но  мы  100 или 170 млн долларов не  можем заплатить чисто технически. Сейчас идёт очень большой торг вокруг этого инцидента.

Экономика также столкнулась с  редким единодушием: у  нас начали уходить бренды из  страны. Экономической подоплёки я  не  вижу. У  всех этих брендов здесь большие доли бизнеса. Сейчас идёт очень большая дискуссия о  том, что делать с  людьми, которые работали на  этих предприятиях.

Артём Роговский: Последствия мы  ещё отдельно обсудим. Владимир Яковлевич, с  политической точки зрения партия КПРФ  же всегда, если я  не  ошибаюсь, задавала вопрос: зачем эту кубышку, фонд национального благосостояния, заполнять до  такой степени и  держать в  зарубежных банках? Я, конечно, не  экономист, как Эдуард Сергеевич, и  не  могу на  эту тему говорить профессионально, но  почему мы  хотя  бы часть денег не  вкладывали в  свою страну?

Владимир Карпов. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Владимир Карпов: Крайне непростой вопрос. Длительное время, пожалуй, до  24  февраля, сохранялась надежда, что всё-таки взаимный интерес западной экономики, США и  России очевиден.

Не  будем говорить о  нефти и  газе, хотя для европейцев это очень серьёзный фактор. Когда говорят о  железном занавесе  — всё время твердят любители покритиковать, что вроде как Советский Союз опустил железный занавес. Нет, ничего подобного. Это нас окружает своего рода железный занавес.

Была надежда на  то, чтобы быть в  цепочке глобальной экономики, но  быть без финансовых связей невозможно. Только сейчас, когда стало понятно, что все обезумели в  русофобии, и  стоит задача: поставить Россию на  колени, заставить её  сдастся на  милость победителя. Затем могут быть страшные последствия, но  мы  постараемся их  не  допустить.

Наша партия говорила, что во  всяком деле, в  том числе в  накоплении таких фондов, нужна мера, а  её  не  было. Наша критика была как раз в  этом. Оказалось, что оценка западных коллег была более верной. Надежды на  то, что удастся каким-то образом договориться, пускай не  на  равных, но  на  партнёрских отношениях, сохранить место в  глобальных финансах  — это оказались пустые надежды.

В.  И.  Ленин говорил, что в  таких ситуациях управленцы учатся очень быстро, поскольку сейчас необходимо не  просто изучать, а  повторить опыт Советского Союза по  созданию мобилизационной экономики и  характера жизни.

Тогда приближалась война, но  никто не  сомневался. Готовили всё, начиная от  патриотического воспитания, заканчивая экономикой. Сейчас нужно очень быстро создать эту мобилизационную экономику, особенно в  тех отраслях, где есть возможность работать, у  которых роль государственных компаний достаточно велика. Сейчас нужно в  этом мобилизационном режиме работать быстро.

Я  надеюсь, что болтуны и  любители всех возможных пустых форумов будут отжаты от  реальных очагов управления. У  нас достаточно людей, которые умеют учиться и  работать.

Артём Роговский: Эдуард Сергеевич, курс валют  — самая основная тема. Каждый день все СМИ твердят, что растёт доллар и  евро, биржа не  всегда проводит торги. Что происходит с  валютой, и  когда это остановится? Или  же это остановится только, когда прекратится спецоперация и  бесконечные санкции?

Есть  ли, кстати, потолок у  курса доллара и  евро? До  каких высот они будут взлетать? И  потолок у  санкций. Сегодня я  читал, что по  количеству санкций мы  даже обошли Иран 1979  года.

Эдуард Коложвари: По  количеству санкций обошли, но  не  по  качеству. У  нас санкции с  разных стран, по  их  количеству мы  бьём рекорды. Можно подавать в  книгу рекордов Гиннесса. Мы  все смеялись над Эрдоганом, что он  будет номинироваться на  Нобелевскую премию по  курсу доллара.

У  нас сейчас наблюдается разбалансированная система, спекулятивные устремления. Все понимают, что валюты мало, её  надо продавать дороже. Узкокорпоративные устремления разгоняют доллар всё выше и  выше. До  каких пределов? Есть технические ограничения на  торгах, но  теоретически его можно разгонять до  бесконечности.

Нужно, конечно, прекращать это дело и  привести экономику в  соответствие. Это  же не  имеет никакого отношения к  реальной ситуации. У  нас не  такой плохой платёжный баланс, у  нас немало денег, у  нас много экономических фондов, у  нас экономика, по  большому счёту, занимает десятое место в  мире.

У  нас также прекрасное качество человеческого капитала, нет такого фундаментального соотношения рубля к  доллару, которое мы  видим на  бирже. Доллар взлетел в  два раза, потому что стало меньше валюты в  стране. Этим нужно пользоваться, но  это  же надо пресекать. Мы  видели попытки Центрального Банка застопорить это, но  этого недостаточно.

У  нас идёт неуверенность в  импортных закупках. У  нас сейчас всё пойдёт, наверное, с  востока, а  не  с  запада. Нужно как-то перестраиваться, выстраивать баланс с  нашими восточными друзьями, искать кооперации, необходимые точки снабжения, налаживать жизнь внутри страны.

Если у  нас не  будет налажено производство, то  мы  сколько угодно можем размышлять о  вкладах в  банках, уповать на  деньги от  газа. Но  если в  стране нет производства, то, конечно, мы  будем зависеть от  курса доллара или юаня. Нам нужно ставить свои производства, то  самое импортозамещение. Вот теперь шанс появился.

Артём Роговский: Так пора уже. Сколько можно? Мы  и  в  2014-м году об  этом разговаривали.

Эдуард Коложвари и Артём Роговский. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Эдуард Коложвари: Кто-то смог это наладить. Пошёл и  понял, как это нужно делать. Сейчас у  нас последние конкуренты убегают, поэтому, я  думаю, что работать можно. Работы в  стране сейчас будет много и  для людей, которые мыслят производственными категориями в  том числе. Не  хватает людей в  стране.

Артём Роговский: Ну, людей-то как раз хватает. Пока ещё 140  с лишним миллионов.

Владимир Яковлевич, доколе мы  будем зависеть от  импорта? У  нас  же умнейшая страна с  талантливыми людьми. Умели  же в  Советском Союзе всё делать. Куда всё подевалось?

Владимир Карпов: Насчёт «зависеть от  импорта» я  бы сформулировал по другому. Нам всегда будут необходимы неэквивалентные связи. Почему опускают железный занавес и  вводят санкции? Поскольку нас хотят лишить взаимовыгодных экономических отношений со  странами и  компаниями. Нам как раз надо использовать любую щёлку, чтобы прорвать это стремление.

Если вспомнить Генуэзскую конференцию  — там ненависть к  большевистской и  советской власти была не  меньшей, чем сейчас. Нашли  же возможность. Ослабленная советская Россия прорвала этот фронт.

Те  экономические связи и  отношения, которые отладила Россия сегодня, будут утеряны. Это многое, но  потеряют и  те, кто с  нами взаимодействовал. Это уже почувствовали и  могли спрогнозировать, что с  Россией ссориться нельзя, что это обернётся большими потерями.

В  1990-х обрушение было тяжелейшее. Тогда по  инициативе В.  П.  Мухи, бывшего губернатора Новосибирской области, было создано сибирское соглашение. Организация работает до  сих пор. У  соседей, которые друг друга знают, договорённости выполняются надёжнее, чем с  кем  бы то  ни  было.

Я  уверен, что сохранившееся сибирское соглашение получит мощный импульс к  налаживанию взаимовыгодных экономических соглашений субъектов  РФ, в  частности, Сибири и  Дальнего Востока. Уверен, что мы  сумеем оградить мирных жителей Донбасса от  надвигающейся угрозы геноцида, угрозы уничтожения. И  что те  задачи, которые поставлены перед спецоперацией, будут решены без втягивания в  длительные действия.

Уверенная линия государственной политики, которую поддерживает большинство народа,  — это самый верный путь, чтобы спецоперация была закончена в  кратчайшие сроки с  достижением поставленной цели. Соответственно, нас пытаются задушить хаосом и  голодом. Какой там гуманизм и  демократия? Ничего подобного. Чёткая постановка целей, которые есть, стабильность большинства населения, активизация внутренних связей экономики и  субъектов РФ.

Артём Роговский: И  возрождение промышленности. Белорусский пармезан появляется, белорусские креветки, картошка из  Египта. Ренат Сулейманов, частый гость наших программ, говорил, что картошку выгоднее завозить из  Египта. Кто  бы мог подумать? Получается, мы  себя накормить не  можем?

Владимир Карпов: Можем. То, что сельское хозяйство в  условиях постепенного усиления санкций сделало рывок  — это факт. Это относится и  к  Новосибирской области. Здесь как получается? Если нужно налаживать отношение с  одной из  стран, то  нужно заниматься торговыми отношениями. Так, одни торгуют бананами, другие картошкой, третьи тёплым морем.

Артём Роговский и Владимир Карпов. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Эдуард Коложвари: Кстати, Египту мы  продаём много пшеницы. Вот такой у  нас обмен.

Артём Роговский : Эдуард Сергеевич, мы  научимся в  своей великой стране производить всё  то, что у  нас Запад забирает?

Эдуард Коложвари: Я  искренне надеюсь, что нам это по  силам, и  по  силам восстановить связи. У  нас есть много бизнесменов, мы  стали оборачиваться по  сторонам и  оказалось, что поставщики есть у  нас в  стране, и  всё производится.

Артём Роговский: Сразу пример.  8  Марта, цветы.  95% было занято голландскими цветами. По  долгу службы я  общаюсь с  предпринимателями Первомайского района. Были найдены и  обычные, и  кустовые розы лучшего качества в  Новосибирской области. Их, оказывается, выращивали.

Эдуард Коложвари: Выращивали, и  ростки все есть. Просто сложно продать, когда у  тебя такие серьёзные конкуренты и  тебя никто не  замечает, как производителя. Я  думал, что возникает большой шанс в  тепличных условиях заниматься производством.

У  нас есть отрасли, которым очень тяжело достичь превосходства. Это микрочипы, микроэлектроника, медицинское оборудование, самолёты в  лизинге. Нужно дать туда инвестиции, в  кратчайшие сроки потребовать результатов. Для этого у  нас есть объединённая двигательно-строительная корпорация, но  нужно мобилизоваться.

Артём Роговский: Самое главное  — подвести итоги предыдущих программ по  импортозамещению. Эдуард Сергеевич, рост цен  — сегодня главная тема для россиян, мы  с  вами не  исключение. Для меня удивительно, что его стали замечать только сейчас. Ещё до  начала спецоперации я  увидел повышение цен на  молоко. Цены росли и  на  картошку, и  на  морковку. На  всё подряд. Никто не  принимал действенных мер.

Эдуард Коложвари: Мы  же следим за  экономической ценовой ситуацией. Это всё отголоски пандемии, и  в  мире продовольствие сильно дорожает. В  связи с  ситуацией на  Украине мы  сейчас не  отгрузим много минеральных удобрений, будет большая неурожайность и  всплеск цен на  продовольствие.

Спецоперация носит проинфляционный характер и  для всего мира. Скорее всего, будет несколько волн подорожания. Экономическая власть должна этим заниматься. Есть и  ФАС, и  администрации различные.

Артём Роговский: Каждый всплеск цен нужно анализировать  — если не  для расследования, то  для разбирательства.

Владимир Карпов: К  совести взывать надо.

Эдуард Коложвари: Очень часто рост цен обусловлен жалостью. Хотят нажиться. Это совершенно не  в  духе Советского Союза. Нужно говорить о  новых ценностях, новой экономике. Не  НЭП, но  чтобы не  было излишков, сверхприбыли.

Мы  сейчас говорим о  социальной ответственности бизнеса, но  немножко с  другой стороны. Настали такие времена, когда мы  должны задумываться об  экологии и  своём ближнем. О  яхтах надо забыть, и  на  этом спасибо.

Владимир Карпов: Сейчас рабочие группы приступили к  тому, чтобы развить стратегию 2030, пересмотреть  её, потому что она формировалась для других экономически-политических реалий. Стратегический документ нужно делать сжатым, применимым к  нынешним обстоятельствам.

Нужно также пересмотреть ряд программ, которые не  соответствуют сегодняшним реалиям. Нужно поставить цели на  развитие производства. Отсюда  — рабочие места, возможность социальной поддержки. От  ответственности нельзя уходить. Политический и  экономический моменты в  этом плане требуют жёсткости.

Артём Роговский: Эдуард Сергеевич, последствия для экономики могут растянуться на  десятки лет  — по  самым пессимистичным прогнозам. Что вы  думаете по  этому поводу?

Эдуард Коложвари: Выражу свои соображения. Я  понимаю, что нужно будет всё равно помочь восстановить Украину. Разрушенные вещи, инфраструктуру. Нужно будет много вкладывать в  производство. Не  думаю, что в  текущих конъюнктурах цены на  наши углеводороды, наше сырьё, будет большое падение ВВП.

Думаю, что мы  всё равно с  плюсом закроем этот год. Если мы  сделаем правильные выводы, то  через пять лет мы  будем жить в  другой стране. Более современной и  менее раскайфованной. Мы  будем жить в  более подающей надежды стране, чем сейчас.

Артём Роговский: Владимир Яковлевич, спецоперация на  Украине  — это надолго?

Владимир Карпов: Нет. Я  уверен, что руководство страны и  военное руководство прилагают усилия, чтобы специальная военная операция не  затянулась. Чтобы были решены основные вопросы по  защите Донбасса, чтобы состоялись переговоры с  руководством Украины, ведь основания для этого есть.

Тот  же Зеленский сделал звонки 27  руководителям государств, когда 24  февраля началась реакция. Потом обнаружил, что все его друзья, которые пожимали руки, сказали, что ни  в  коем случае не  будут участвовать в  военных операциях, но  поддерживать будут. Реальные дела обстоят иначе.

Но  мы  всё это преодолеем. И  не  только Украина, но  и  весь цивилизованный мир будут жить по  нормальным взаимоотношениям. Для этого есть все основания.

Артём Роговский: На  этом всё. Спасибо и  всего доброго!

Видео: nsknews.info

Последние новости

В Новосибирске начали внедрять технологии для борьбы с нарушителями на самокатах

Как изменить статистику ДТП с участием самокатов? Одним из решений может стать специальная надзорная система, которую представили кикшеринговые компании на сибирском транспортном форуме Сделал фотографию,

Алтайские фермеры наказали новосибирского предпринимателя на миллион за воровство их бренда

В миллион рублей обошлась новосибирскому предпринимателю попытка незаконно использовать бренд «Брюкке», принадлежащий производителю мясных изделий из Алтайского края.

Аномально жаркую погоду на выходные пообещали синоптики жителям Бердска

Высокая температура воздуха ожидается в период с 21 по 28 июня. В период с 21 по 28 июня местами ожидается аномально жаркая погода с максимальными температурами +30 С и выше, предупредили синоптики Западно-Сибирского гидрометцентра.

Card image

Тех, кто реже будет пользоваться услугами такси и чаще — общественным транспортом, может стать больше.

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш email не публикуется. Обязательные поля отмечены *